Проскинеза
Проскинеза — торжественный акт почитания, выраженный в виде глубокого поклона, преклонения на колени или полного падения ниц перед объектом поклонения — божеством, правителем или особо почитаемым господарём. Весьма распространённый способ приветствия, который нонче сохраняется в основном в религиозном контексте.
Описание[править]
Этимология слова уходит корнями в древнегреческий язык, оно образовано от глагола проскинео, почтительного приближения. Латинский эквивалент этого термина, адоратио, указывает на поклонение. Но он мог обозначать совсем разные жесты от легкого наклона головы до полного распространения на земле, подобно тому, как происходит во время мусульманской молитвы.
Традиция проскинезы наиболее ярко проявилась в персидской культуре Ахеменидской империи, где она служила фундаментальной частью дворцового протокола. Ахемениды, правившие обширной территорией от Инда до Средиземного моря в VI—IV веках до н. э., развили эту практику до уровня изысканного ритуала, который указывал на абсолютную власть царя как избранника бога Ахурамазды. Персы различали степени проскинезы в зависимости от социального положения: равные по статусу обменивались поцелуем в губы, подчиненные чуть ниже рангом — в щеку, а те, кто стоял значительно ниже в иерархии, склонялись до земли, целуя ее или подол одежды царя. Рельефы на стенах Персеполя, построенного при Дарии I и Ксерксе, покрыты многочисленным изображением подобных сцен: делегации из покоренных народов — мидяне, бактрийцы, египтяне — подходят к трону с униженным видом, склоняясь в проскинезе перед величественной фигурой монарха, который отныне мог отдать приказ, и его бы выполнили.
Однако для греков персидская проскинеза показалась варварской традицией. В их культуре такой жест был зарезервирован исключительно для богов, олимпийцев. Ксенофонт в своей Анабасисе приводит историю, где греческие наемники, оказавшиеся в персидских землях, отказываются от проскинезы перед сатрапами, провозглашая: «Мы не кланяемся человеку как господину, но только богам». Греко-персидские войны V века до н. э., от Фермопил до Саламина, также проходили из-за мощной культурой разницы: персидские цари, привыкшие к всеобщему почтению, сталкивались с упорством эллинов, которые предпочитали смерть унижению. Геродот, описывая эти события, не осуждает персидский обычай напрямую, но его повествование пропитано иронией, описывающей, как мягкотелые азиаты падают ниц перед троном, в то время как спартанцы и афиняне дерутся на равных.
