Крутой против Занозы-в-Заднице

Итак, имеется крутой, имеются обычные люди, волею судьбы оказавшиеся с крутым «в одной лодке», имеются полчища врагов. Крутой мобилизует своих вынужденных товарищей дать супостатам достойный отпор. Его опыт и смекалка непременно помогут победить превосходящие силы противника с минимальными потерями или вовсе без оных. Вернее, помогли бы, кабы не Заноза-в-Заднице.

Среди окружения крутого обязательно найдется придурок, не дающий крутому нормально действовать — он раскачивает лодку, гонит волну и мутит воду. «А кто это назначил тебя главным? А почему ты раскомандовался? А с чего мы должны тебе подчиняться? Ты что, типа самый умный? А если самый умный, откуда ты столько знаешь об этих гадах? Не связан ли ты сам с ними, мил человек? И вообще, пока ты откуда-то не возник, нас никто не трогал! Может, они возьмут его, а нас не тронут? Твой план — полный бред! Из-за тебя мы все умрем! Мне не нравится твоя рожа! И вообще, ты ниггер/жид/снежок/чингачгук/итальяшка/мексикашка! Какое право ты имел давать мне в морду?! Это насилие! Я полноправный гражданин! Вы посмотрите, это же бандит! Террорист! Головорез! И такого человека мы должны слушаться?!»

Не ограничиваясь словами, сабж вольно или невольно всячески саботирует действия героя и остальных товарищей. Причем как правило безо всякого злого умысла — он просто хочет выжить или даже искренне заботится об окружающих, но врожденный козлизм, излишняя подозрительность, трусость, склонность к предательству, эгоизм и тупость, усугубленная тем, что сам-то он считает себя самым умным, превращают его в занозу в заднице. К слову, понятия «козел» и «заноза» не тождественны: всякая заноза — козел, но не всякий козел — заноза.

Несмотря на то, что самым разумным было бы попросту прикончить занозу или, по крайней мере, вышвырнуть за дверь, их с крутым противостояние обычно до самого конца ограничивается перебранками и/или безуспешными попытками крутого вразумить занозу при помощи целительных люлей, после которых тот обычно затыкается и начинает гадить уже исподтишка. В итоге присутствие занозы частенько оборачивается в лучшем случае бессмысленными потерями, в худшем герой вообще выживает один. Или даже еще хуже.

Избавиться от вредителя радикальным способом и тем самым спасти множество людей герою мешают либо собственные моральные принципы, либо боязнь, что товарищи не поймут. Бывает, что герой просто считает занозу не стоящей внимания в свете насущных проблем. В чем потом горько раскаивается.

Где встречается

Литература

• «Илиада» — Терсит. Имя означает «дерзкий». Задирал царя Агамемнона (слегка огреб от Одиссея), задирал Ахилла (огреб от него насмерть).
  • При этом, поскольку мораль изменилась, в глазах современного читателя Терсит выглядит скорее как единственный нормальный человек среди идиотов, которым лишь бы помахаться, а там трава не расти. И голосом рядовых воинов, которые выступают как пушечное мясо, а бонусов с войны поимеют мало (кстати, у Терсита выжить шансов в битве мало, у него проблемы со зрением и ногами).
• Рассказ Бориса Житкова «Механик Салерно». Разрыв шаблона. Крутой капитан не стал церемониться с вынюхивающим все пассажиром — во избежание паники, которая привела бы к огромным жертвам, он немедленно вышвырнул его за борт. Как результат — погибло только еще два человека: Салерно, виновный в катастрофе, который сам не захотел больше жить и остался на гибнущем корабле, и трусливый испанец, ломивший к спасательным шлюпкам.
• Гарри Гаррисон «Врач космического корабля» («Судовой врач»). Герой — молодой врач Дональд Чейз, вынужденно принявший полномочия капитана на терпящем бедствие корабле. Его решения оказались непопулярными, но верными. Качественной занозой оказался генерал Мэтью Бриггс, сумевший поднять мятеж на корабле.
• Очень часто встречается у Стивена Кинга:
  • «Лангольеры» — Крейг Туми. Его даже можно пожалеть, он был безумен. Но крутому наемнику Нику Хоппуэллу и остальным пассажирам он казался типичным козлом и занозой.
  • «Мгла» и ее экранизация — как ни пытался Дэйв Дрейтон убедить своего соседа Нортона, что в тумане скрываются чудовища, этот Фома неверующий все равно вышел из супермаркета с группой людей. Итог немного предсказуем. Впрочем, куда опаснее оказалась религиозная фанатичка миссис Кармоди и примкнувшие к ней лица.
  • «Регуляторы» — истеричная расистка Ким Геллер.
  • «Противостояние» — Гарольд Лаудер. Из-за детских унижений, безответной любви к своей соседке Фрэнни и ревности к крутому Стью Рэдману прошел путь от занозы до сознательного предателя.
• «Статский советник» Бориса Акунина (и одноименный телесериал-экранизация): Пожарский и Фандорин — крутые, радеющие о благе России (а Пожарский еще и о своем), а практически все государственные и полицейские чины — занозы. Педаль в пол: детективная интрига как раз и основана на том, что крутой Пожарский при помощи хитроумной интриги безжалостно выдергивает эти занозы из задницы Российской Империи. Правда, такие крутые тоже как-то не выглядят сильно хорошим вариантом.
• «Хроники Нарнии: Покоритель Зари»: Юстас Врэд — эталонная заноза. Правда, потом исправился.
• «Война миров» Герберта Уэллса — викарий. Хотя герой там не был особенно крутым.
  • А в экранизации Стивена Спилберга — безумец Огилви.
• «Хроники странного королевства» — в группе беглых рабов «главных крутых» аж двое — Элмар и Виктор (как бы последний ни открещивался от этой роли). Занозой в заднице выступает автомеханик по кличке Консультант, желающий командовать хоть чем-нибудь и считающий очень несправедливым, что руководство доверили военным, полицейским, выживальщикам и прочим людям, знающим, как выжить в дикой местности. Сначала он просто ноет. Затем подстрекает народ не искать возможно погибшего Элмара, а спасаться самим. Под конец с парой единомышленников пытается изнасиловать доктора Хаши и угнать машину, но к счастью, Элмар вовремя возвращается.
  • На более глобальном уровне занозой в заднице для Шеллара выступает цвет ортанского дворянства, по каждому недостаточно выгодному им решению поднимающий вой о тирании и беззаконии. Монкар, Диннар, Гирранди… Примечание: Генри Хаббард — не сюда, потому что он не заноза в заднице, а открытый противник, хоть и номинально действующий в рамках закона.
• «Чёрный колосс» Роберта Говарда, где Конан сталкивается аж с двумя занозами. И с обоими поступает до гениальности просто: наглого командира рыцарей отпускает в самоубийственную атаку на армию колдуна, сохранив большую часть своего войска; а безымянному солдату за его паникёрские вопли «всё пропало, спасайся кто может» проламывает голову.
• «Честь королевы» Дэвида Вебера — Реджинальд Хаусман. Сначала портил работу и действовал на нервы адмиралу Курвуазье, а после его гибели — принявшей командование Хонор. Пока не отгрёб от неё по физиономии.
• Любимый приём Сергея Тармашева — крутой невозмутимый мэн с супернавыками выживания, нордически выдержанный и хладнокровно-прагматичный, против истеричного морализирующего эгоиста-хлюпика. Причём эта заноза — еще и главный герой произведения!
  • Педаль в пол — серия «Холод». Если в первой книге главный герой, негр-полярник Майк Батлер, несмотря на предельную истеричность, эгоизм, рабскую преданность мечте жениться на богачке Лив Шекельсон и американским идеалам Свободы и Капитализма, ещё имеет хоть какие-то шансы стать Человеком (всё же отважился стать полярником ради мечты и потом отправиться в Сибирь), то дальше автор окончательно превращает главного героя в полное, отвратительное ничтожество, ВСЕГДА путающееся под ногами, раболепствующее перед вышестоящими, ни в грош не ставящее даже других полярников. Конец закономерен.
  • Серия «Каждому своё» — крен в другую сторону. Антон Овечкин, главный герой — инженер (т. е., человек не совсем бесполезный), но слюнтяй, балбес, трус и в основном такое же пятое колесо в телеге, пытающееся прятать свою эгоистичную трусость за заботой о жене и детях, но в итоге вчистую проигрывающее в их глазах «суровому мэну» (ибо не мужик: по словам Автора, потомки Сияющих, делающие детей самкам низших рас, расово деградируют). Капитан ГРУ в отставке Олег Порфирьев (тот самый мэн), в отличие от Расича из «Холода», уже не бесконечно терпеливый, а куда более злой и прагматичный (столь же благородный и самоотверженный, хотя справедливо чихвостящий в три шкуры «героя» и ему подобных). До поры до времени оба были живы, ибо в условиях катастрофы «герой» вынужден рабски исполнять волю «крутого чела», лезть следом за ним в пекло и выполнять сложные технические работы, получая в награду жизнь, паёк и суровое презрение жены и детей. Конец также закономерен: расово чистого Порфирьева в который раз выручают инопланетяне-Сияющие, а расового недочеловека они бросают среди заснеженной радиоактивной пустыни: – Это твой мир. Ты здесь свой среди чужих и доволен этим. Тебе в нем всегда было хорошо. Презревший Расу да будет презрен ею. Ты остаешься здесь, ибо каждому – свое. Jedem das seine.
• «Герметикон» Панова: второй том давит педаль в асфальт. Дано: неведомая планета, шестеро выживших после катастрофы цеппеля (у всей компании амнезия, и они даже свои имена забыли, обходясь кличками) и всего один крутой мэн — Грозный. Только он и разбирается в нелегком деле выживания. Остальные герои добрую треть книги не приносят пользы и бухтят (кто-то — за спиной вожака, а кто-то кидает обвинения в лицо). И если женщина, к которой сразу прилипло заслуженное прозвище «Привереда», просто всё время язвит и выражает недовольство, то Рыжий отыгрывает троп по полной программе и катит бочку на Грозного по любому поводу. Неудивительно, ведь одного послали прикончить другого... но катастрофа спутала все карты.
• Свободное продолжение «Волшебника Изумрудного Города» от Сергея Сухинова: алхимик Парцелиус. Находясь в плену у Чёрного Камня, постоянно вставляет палки в колёса лидерам похода, подстрекает остальных к бунту. При этом его собственная программа поражает наивностью: давайте линчуем Логину, а потом подумаем, как нам спастись. Непонятно, что мешает выполнить последний пункт при живой Логине.
  • Изначально — с фитильком, ибо способных его осадить крутых в окрестности просто не наблюдается. Парцелиус постоянно делает несбывающиеся прогнозы, но даже это не способно потопить его авторитет. Но впоследствии спасать поход прибывает Элли с друзьями. Вот тут-то им бы и следовало поставить самозваного лидера на место — ан нет! То ли не разобравшись в ситуации, то ли вовсе волею авторского произвола, но они начинают относиться к Парцелиусу, как к элите, ещё до того, как он выкладывает на стол свой единственный реальный козырь — дружбу с василиском.
• Ричард Адамс, «Обитатели холмов» — Шишак и сам весьма крут, но в начале романа выступает той еще занозой в заднице по отношению к Ореху, ибо его корежит от необходимости подчиняться более младшему и более слабому кролику, и уж тем более слушаться Пятика. Также на вересковых пустошах занозой в заднице становится троица Желудь-Плющик-Дубок, но этих уже Шишак призывает к порядку.
• Эдуард Шторх, «Охотники на мамонтов» — лишенное своей территории, испытавшее много бедствий племя первобытных людей, наконец, выбрало своим вождем Сына Мамонта — не только одного из храбрейших охотников, но и самого ответственного и рассудительного. Однако у него продолжал оспаривать власть грубый и жестокий Задира. Не унялся даже после того, как Сын Мамонта одолел его в поединке, наглядно показав, кто сильнее. Пытался похитить жену нового вождя, за что был изгнан со своими приятелями. Когда ему позволили вернуться, Задира не унялся и тут. Когда племя осталось без огня, он первым сказал, что идти украсть огонь у другого племени должен сам вождь. Знал, что Сын Мамонта не откажется, хоть и был тогда тяжело болен. Так и вышло; однако Сын Мамонта и тут благополучно добыл огонь и вернулся, а Задиру на следующей же охоте насмерть затоптали дикие лошади.
• Два слова: капитан Аникушин.

Кино

• «Ночь живых мертвецов» — мужественный негр Бен против белого скандалиста Гарри Купера.
  • Здесь, впрочем, в конце субверсия, хотя осознаёшь это не сразу и не факт, что преднамеренная. Если бы все послушались Купера и спрятались в погреб, все бы выжили.
• «Крепкий орешек» — Джона МакКлейна сдал работник корпорации Гарри Эллис. «Крепкий орешек-2» — Джон МакКлейн против капитана полиции Кармайна Лоренцо. А жена МакКлейна тем временем противостоит в самолёте сеящему панику репортёру Ричарду Торнбергу (который всех задолбал ещё в первом фильме).
• «Байки из склепа: Рыцарь-демон» — Брейкер против юного подонка Роуча.
• «Хоббит: Битва пяти воинств»: Бард Лучник — крутой, привязавшийся к нему бывший помощник господина Бургомистра Альфрид — заноза в заднице. Сначала Бард его терпел и пытался оздоровить суровой жизнью и военной службой. Кончилось тем, что Альфрид сначала сбежал, как Керенский, в женском платье, а затем оказался во рту у тролля и так, недожеванный, и помер.
• «Страшилы» Питера Джексона — Милтон Дамерс. Хотя и тут герой — жулик-экстрасенс Фрэнк Беннистер — не слишком похож на крутого. Но его мужество и отвага доказывают, что он все-таки самый настоящий крутой.
• «Легион» — крутых тут много, а заноза одна и имя ей Сандра.
• «Иван Васильевич меняет профессию» же! Милославский — жулик, а Бунша — добропорядочный активист, который его подозревает, но первый — однозначно крутой, а второй — эталонная заноза. Впоследствии вынуждены объединиться, но и тут бестолковый управдом норовит всё испортить. Это не говоря уже о том, как он досаждает крутому изобретателю Тимофееву (а Тимофеев крут не только во сне, где ему удалось изобрести машину времени, но и наяву — такую хорошую квартиру в те годы инженер мог получить только благодаря ценным рацпредложениям).
• «Ник Фьюри: Агент Щита» (он же стараниями локализаторов «Суперагент Ник Фьюри» и «Обезглавить Гидру») — полковник Ник Фьюри против генерального директора Щита Джека Пинцера.

Телесериалы

• «Supernatural» — все серии, где Винчестеры сталкиваются с горе-духоловами Эдом и Гарри. Особенно 3.13, где из-за дебилизма «Духоловов» гибнет их же товарищ.
• «Бумажный дом» — лидерство Берлина подвергали сомнению многие, и было за что. Конфронтация с Найроби даже закончилась перехватом власти. Но истинной Занозой стала Токио: именно её постоянный бугурт был не обоснован и нёс исключительно негативные последствия для команды. Особенно её идея пытать Берлина русской рулеткой, чтобы узнать детали плана, известные ему одному. За это была вышвырнута им из здания, но в итоге прорвалась обратно, в процессе случайно подставив под удар товарища. Иронично, что именно Берлину принадлежала идея принять Токио в банду, потому что ему понравилась её безрассудная храбрость.
  • При втором ограблении история повторилась: Палермо vs Токио. Последствия оказались ещё более печальными.
  • Глава Банка Испании (адекватный мужик, очень грамотно возглавивший заложников) vs Артуро Роман (псих, возомнивший себя спецом по борьбе с террористами).

Видеоигры

• World of Warcraft — практически на каждом поле боя найдётся человек, который будет постоянно говорить насколько отвратительно все играют… конечно же, кроме него. Но на самом деле он тратит больше времени на спам сообщений в чат, чем на PvP, плохо наносит урон, плохо танчит и плохо лечит, а боевая задача вообще не отложилась у него в голове.
• Dota 2 — аналогичная ситуация, только там «занозы» куда более мерзкие, заметно менее адекватные и имеющие привычку объединяться в группы. Прибавьте также непонимание механик взаимодействия героев и привычка устраивать споры по любой мелочи (например, требование выдать героя с невидимостью, когда у противника полно детекторов или спор за место на центральной линии между тремя игроками сразу).

Реальная жизнь

• В уставах и приказах всех вменяемых армий мира есть строчка, согласно которой занозе полагается, не отходя от кассы, либо гауптвахта, либо сразу расстрел. Военные ненавидят нарушения субординации.
  • Если же подобное высказывает гражданский, то обычно он это делает где-то за пределами дислокации, потому что если его поймают там, где его могут услышать (в штабе), то либо посадят, либо расстреляют как шпиона/диверсанта/паникёра/и т. п.
• В неармейских структурах такое вполне может быть, но больше всех проблем от заноз у анархистов, сами понимаете, почему.
• В эпоху Ивана Грозного бояре на службе отказывались подчиняться воеводе, менее родовитому, чем они — и плевать, что этот человек получил более высокий чин за большие, чем у них, таланты в воинском деле, а враг не дремлет. Иоанн Васильевич боролся с этими понтами радикально — налагал опалу, а оттуда уже и на кол было недолго присесть.
• В британской армии подобное нежелание генералитета подчиняться тому, перед кем имелось преимущество по выслуге и производству в чин, продолжалось вплоть до ХХ в. В частности, это сыграло ключевую роль в провале десанта в Галлиполи в 1915 г. Черчилль (да, тот самый) понты военных забороть не смог и после провала операции (а он был её инициатором) ушёл в отставку на долгих два десятка лет. Турция ощутила в себе MAKE GREAT AGAIN (кстати, со стороны турков сражался Мустафа Кемаль, будущий Ататюрк, то есть «отец турок»). Болгария, видя такую «успешность» Антанты, встала на сторону Германии. Россия еще больше разочаровалась в возможностях обретения Проливов (ради которых и воевала). В общем, от устарелого способа набора командующих англичане не только настрадались сами — эхо прокатилось по половине Европы.